Под знаком императорского дома вышла

Автор: Агеев Алексей - 3 книг.Главная страница.

Эта книга вышла в году в серии «Space factor». Полную версию книги Читать книгу «Под знаком императорского дома» онлайн. Читать онлайн. Автор: Агеев Алексей - 3 книг.Главная страница. Бастард императора, Отступники (СИ), Под знаком императорского дома. Леонида Георгиевна Багратион-Мухранская (23 сентября (6 октября) , Тифлис — 23 «кирилловцами») главой Российского императорского дома, мать Марии Эмигрировала с родителями в году из СССР в Испанию. 6 ноября года вышла замуж в Ницце за состоятельного американца.

Одновременно выбросив две призовые партии на стыковочные станции, дрейфовавшие на гелиоорбите планеты. Тарту не располагала регулярными воинскими подразделениями, скажем больше, военных, как таковых, на планете не было. Поэтому, подобие совета, состоящее из начальника космопорта, главного администратора колонии и шефа полицейского департамента приняло решение о безоговорочном выполнении всех требований пиратского звездолета. Ровно через минуту, после ультиматума глава координационного совета планеты выступил по всем информационным каналам с кратким сообщением о полной капитуляции.

Через две минуты синхронно опустели все полицейские участки и единственное хранилище оружия - арсенал Тарту. Через три началось массовое бегство из отелей обслуживающего персонала. Через четыре, немногочисленная охрана космопорта предпочла бесшумно раствориться, побросав всю амуницию.

Паника охватила практически весь космопорт и прилегающие окрестности. Толпы людей, собравшиеся здесь в тщетной надежде улететь, бросились кто. Хаос буквально захлестнул планету. Спустя еще пять минут, главный энергетик космопорта отдал команду и сеть подстанций была обесточена, затем, он, лично, повернул рубильники резервной линии и сирены наконец смолкли. Потускнели экраны радаров, застыли огромные передающие тарелки дальней связи.

Сразу после этого с крейсера стартовали десятки десантных катеров. Если бы работали радары, то на экранах высветилась красивая картина: Тем временем среди всего этого безумства резко выделялась группа мужчин во главе с молоденькой девушкой лет четырнадцати или пятнадцати.

Девушка представляла собой тот самый тип старлеток, когда буйная красота вот-вот должна была вырваться и озарить мир новой писанной красавицей. Обладательница длинных золотистых кудрей, которые вились вокруг ее плеч, пронзительно голубых глаз, и полных сочных губам естественного земляничного цвета. Тонкая талия, в меру длинные сексуальные ноги дополняли этот образ.

Одета девушка была в натуральное белое шелковистое платье с короткими рукавами и вырезом, который чуть прикрывал ее грудь, развитую более чем у большинства ее сверстниц. Насколько легкомысленной была ее одежда, как впрочем, и одежда ее спутников, так настолько же были серьезны их намеренья и взгляды. Практически все с оружием они не просто столпились перед калиткой арсенала, в которой ковырялся маленький толстый человечек, а грамотно заняли оборону по всему периметру, перекрывая все подходы к арсеналу.

Не смотря на собственную полноту, нервозность обстановки и изнуряющую жару, взломщик проворно сновал от двери к своей аппаратуре, разложенной прямо на земле, втыкая в считывающее устройство двери арсенала какие-то шнуры и штекеры. Своими мягкими короткими пальцами он уверенно набирал что-то на клавиатуре, удовлетворенно хрюкал, вглядываясь в монитор и вновь менял цифры.

Те дружно схватились за одну створку и с силой потянули на. Со скрипом, по миллиметру бронированная дверь стала поддаваться. Вдвоем они стояли как бы обособленно от всех, в своеобразном виртуальном круге. Тот, кого назвали Элиотом, тоже заслуживал отдельного описания. Это был мужчина, средней комплекции, с незапоминающимся чертами и без малейших признаков волнения на лице. Более внимательный наблюдатель выделил бы обветренные губы и подчеркнутую бледность кожи, что могло свидетельствовать о жизни в дальних колониях, с пониженной температурой.

Мозолистые руки и характерно сломанный нос указывали на специфичный образ жизни мужчины. А черные как смоль волосы и слегка напрягающая внешность только усиливали впечатление от обжигающе ледяного взгляда этого абсолютно не улыбчивого человека. Скрип давно не смазываемых петель буквально вспорол воздух. Обеспокоенные местные птицы, громко заверещав, стремглав бросились в разные стороны. Она же, находясь еще в том хрупком возрасте, когда тело все еще оставалось подростковым, а душе уже хотелось большего, люто недолюбливала свою вечную охрану, следующую за ней по пятам.

Она так много возлагала надежд на этот круиз и тем сильней было разочарование таким финалом. Думаете, пираты будут ловить всех этих придурков, что разбежались по лесам?

Они просто ударять из гипноизлучателей и те сами приползут. Если мы активируем все защитные системы, то продержимся до подхода помощи. Приоритет два - максимально защищенное место для госпожи. Приоритет три - личная безопасность госпожи, бронекостюм, экзолет, скафандр или что тут. И четыре - связь. Оружие в последнюю очередь. Надо отдать должное, люди, включенные в личную охрану девушки, были профессионалами.

Каждый из них имел немалый боевой опыт, и самое главное, они были безгранично преданы этому маленькому капризному, но от этого еще более ранимому человечку.

К моменту, когда первые разведчики-пираты сунулись, было к арсеналу, тот представлял собой настоящую крепость, способную отбить штурм даже полновесного десантного батальона знаменитой звездной пехоты империи.

Арсенал был действительно оборудован по последнему слову техники: Мощное силовое поле, два ракетных комплекса, собственные генераторы помех и прочее, прочее, прочее Километры технических туннелей и коммуникаций. Проще говоря, мощи этого неказистого сооружения хватило бы, чтобы отбить атаку корвета или даже патрульного фрегата. Для пиратов это было неприятным сюрпризом. Бездумно потеряв целый взвод, а затем сгоряча еще и два десантных катера, они запросили помощь крейсера. Об этом защитники узнали сами, когда все тот же шустрый взломщик с легкостью подсел на волну переговоров пиратов, благо они ее даже не кодировали, понадеявшись на стандартный код изготовителей и общую панику.

И тут защитники арсенала получили краткую передышку, с удивлением узнав, что капитан не собирается отвлекаться на эту проблему, ибо семь минут назад системы наблюдения и перехвата крейсера зафиксировали неизвестный обзорный зонд с идентификационным кодом имперских вооруженных сил. Правда, можно включить щит на максимум, но это тупик, мы истратим всю энергию часов за девять-восемь и вернемся на исходные позиции.

За ее спасение он бы отдал все, чем обладал, но сейчас это было не в его власти. Вопрос в том, кто придет раньше: Они уступают в силе, иначе давно бы полезли на рожон.

В имперском флоте то всегда хватало молодых чудиков, способных сотворить чудо. Такое впечатление, словно где-то работают на резервных военных частотах. Убо, на мгновение оторвался от монитора, и тихо произнес, - Заткнитесь, работать мешаете. Я уже подсел на волну. В арсенале все тут же замолчали. Спустя секунд тридцать, Убо, тот самый взломщик, а в далеком прошлом высококлассный инженер секретного подразделения технической разведки космофлота Империи вывел для Элиота на его монитор расшифрованное послание: Это был первый боевой рейд для младшего лейтенанта Андрея Саломатина.

Первый помощник не унимался, - Мы погибнем, и наши смерти все равно ничего не решат. Нам не спасти эту дурацкую планету. Мы корвет, а не линкор. Наша задача обнаружить, а не вступать в неравный бой. Они будут здесь ровно через двенадцать часов, может раньше. Хотя это для нас уже не принципиально. Все мы когда-либо умрем. Иначе пираты ударят по планете из гипноизлучателей и мы с вами станем убийцами, убийцами и палачами целого мира.

Но этого не. Я веду корвет в бой. У меня нет права приказать вам идти со мной на верную смерть. Каждый решит это. Мы отстрелим один спасательный бот с теми, кто предпочтет жизнь. Закончив говорить, капитан нажал традиционно красную кнопку боевой тревоги.

Взвыли сирены и стены звездолета окрасились мерцанием тревожных красных ламп. Топот десятка ног спешно занимающих места согласно боевого расписания и мертвая тишина в наушниках внутренней связи. Никто и не помыслил согласиться покинуть звездолет. Может в душе кто-то и был готов воспользоваться этим шансом, но на деле об этом даже не заикнулся. Вой сирен смолк через тридцать секунд. Штатное время подготовки звездолета для атаки.

За эти секунды разом сошли со своих привычных мест бронеплиты, обнажив грозные иглы импульсных пушек. Особо и не ужалит, но если уж попадет, то нервы истреплет как следует Ты и вовсе не умеешь управляться в скоротечном бою с корветом. Принимайте командование младший лейтенант Саломатин.

Григ за тобой все вооружение. Отчет сколько боеприпасов и торпед мне на второй монитор. Капитан, на вас связь с планетой и двигатели. Я надеюсь, что арсенал не захвачен пиратами.

Также меня интересует наша максимальная скорость, сколько мы можем выжать на форсаже без ущерба, и рассчитайте, сколько минимально постов мы сможем оставить в носу корвета, он пострадает больше. Он вдруг вспомнил, что по пьяному делу говорил ему капитан об этом втором помощнике: Лишь отсутствие протекции и слишком независимый характер помешали ему получить хорошее назначение.

Согласно боевого расписания у нас их должно быть десять. Этот неуемный юнец что-то знал, быть может, даже чувствовал. И это грело душу первого помощника, так не желавшего умирать. Капитан, что с постами в носу. Он представил, как дрожит сейчас рука старшего механика реакторного отсека, лежа на дублирующем ключе старта.

Впрочем, корвет и не скрывался. Шансов подкрасться незамеченным на линию ракетной атаки у корвета не. Капитан крейсера, старый вояка, успевший сменить не один десяток звездолетов, выиграть и проиграть сотни дуэлей один на один, сосредоточенно всматривался в монитор, выводивший живую картинку обводов крошечного звездолета и ждал результаты анализа.

Многоцелевой боевой звездолет ближней зоны патрулирования. Наш крейсер это большая консервная банка, увешанная гроздями десантных платформ, ракетными пеналами и плазменными орудиями среднего калибра.

Ближний бой мы выиграть за явным преимуществом не сможем. Если он прорвется сквозь зону поражения, то сможет нас пребольно укусить. Ракетным БЧ к бою. Комендорам, пристрелочными на предел дистанции частыми залпами. Завыли вытяжные двигатели вентиляции и с шумом рухнули потоки хладагентов, охлаждая раскаленные гильзы от снарядов. Затем протяжные механизмы лентопадач ожили, с воем набивая опустевшие казенники универсальных орудий. Через сорок секунд в боевой рубке крейсера стало ощутимо жарче.

Сквозь едва уловимое мерцание защитных полей, контуры корвета казались размытыми. Проложив курс, маленький звездолет уверенно разгонялся, нацеливаясь точно по центру крейсера. Ракетным БЧ, антиракеты к бою. И черт возьми, комендоры берите фокус!

Тот, кто вел корвет, четко представлял возможности десантного крейсера. И это сильно настораживало бывалого флибустьера.

Так на обзорных экранах высвечивались залпы крейсера. Они снарядов не жалеют Корвет внезапно рванул вперед, легко ускользнув из наметившейся точки фокуса. Линии захвата дрожали на орудийных мониторах пирата, просто не успевая обработать стремительные маневры корвета, его рывки-ускорения и продуманно-ломанную линию полета. Это свидетельствовало скорее не о слабости бортовых компьютеров крейсера, а о мощи систем постановки помех корвета, которые пудрили мозги бортовым системам пирата.

Его считывающая аппаратура на класс выше. Нет, угостим его шальными снарядами. Комендорам по корвету залп всем бортом. Встали на дыбы сервоприводы, обеспечивающие удержание крейсера в статике, относительно орбиты планеты. А сам могучий звездолет на мгновения окутался безмолвным свечением, выплюнув целый рой смертоносных снарядов.

Снесло только мачты дальней связи и ремонтный модуль, традиционно крепящийся на носу звездолета. Но это нисколько не волновало молодого офицера.

Азарт боя захватил его с головой. Пират был опытен и искушен, этим и решил воспользоваться Андрей. Иногда нужно чуточку рискнуть. Немного наглости и ты получаешь преимущество. Молодой пилот не считал свой бой безнадежным. Выход был, просто его было трудно заметить, а еще сложнее реализовать. Скрепя сердцем, опытный пират согласился, ведь это такие расходы, где каждый залп всех орудий крейсера стоил упомрачительные пять тысяч имперских лат. Этот корветишка считает, что сможет на скорости прорваться, мы его разочаруем.

На упреждение всем бортом, три залпа. Тому, кто первый попадет премия. Но Андрей обманул капитана десантного крейсера. Момент открытия огня он вычислил безошибочно. И в тот миг, когда крейсер готов был взорваться всеми орудиями, Андрей приказал перебросить всю энергию на защиту, разом выстрелить все ракеты и включить реверс.

Крохотные маневровые двигатели, установленные на носу корвета для маневров, отработали на ура. Эффект превзошел все ожидания. Имперский звездолет буквально застыл на месте, спутав все карты комендорам крейсера, мудрым аналитическим системам управления залповым огнем, а также дав Григу те самые драгоценные три секунды для сброса спасательных ботов с ракетами на борту.

Даже верный Слуй пошатнулся, когда капитан бессвязно ругнувшись, вдруг сорвал крейсер с орбиты. Но тяжелый крейсер не корвет. Инерция и последующий рывок были впечатляющими. Но добрая половина комендоров, уже положила руки на сенсоры кнопки пуск, и бессистемные залпы существенно замедлил скорость разгоняющегося крейсера. Ракет запущенных по звездолету было двенадцать. До разделения боеголовок успели сбить семь.

Еще три уничтожили антиракеты в момент разделения. А где же две оставшиеся. Затем мигнули все лампочки, и энергетики, споро переключились на резервную линию. Две спарки повреждено и заклинило одну пусковую шахту десанта. Как воевать надо олухи. Теперь внимание, сейчас он будет вползать в зону поражения. Рвите его в клочья Один сейчас заходит на низкую орбиту планеты.

Нам его не достать. Второй уходит по пологой траектории. И выходит нам в корму. Или начинены взрывчаткой или - Капитан с Слуем переглянулись и вместе заорали.

Тем временем крейсер вел мощный огонь по несчастному корвету. От носа имперского звездолета то и дело отлетали куски брони, а защита, истонченная до предела, даже не светилась от попаданий снарядов.

Но угроза ракетной атаки, заставили капитана крейсера прекратить огонь по истерзанному корвету и развернуться к нему носом. Крейсер еле успел совершить маневр уклонение. Боты, подчиняясь заданной программе, зайдя с флангов, обрушили ракетный залп по крейсеру. Ответ крейсера превзошел атаку. Два ответных залпа и куски пылающих ботов пополнили мусор на орбите Тарту.

С ракетами пришлось повозиться. Левый борт успел перехватить. А в правый, тот самый пострадавший, влетела еще одна, угодив куда-то район кормы. Корвет все-таки прополз в мертвую зону, где мощь орудий крейсера вполне соответствовала мощи орудий корвета и теперь два звездолета играли в салочки, стараясь подставить под залпы только свои носы.

Старинный друг покачал головой. Еще один под вопросом. В лучшем случае у нас скорость восемьдесят процентов от прежних ста двадцати. Корвет не крейсер и не фрегат. Людей потеряем к черту. Затем он быстро принялся просматривать графики движения корвета и тяжело тряхнул головой.

На подходе эскадра возмездия. Плюс у фокусника с корвета связь с арсеналом. То-то он пляшет на границе ракетных батарей арсенала. Мы держим включенным поле подавление.

Если крейсер ударит, мы готовы активизировать щит, но более пяти часов в это случае нам не продержаться. Длившаяся пауза казалось вечной, наконец, динамики ожили и совершенно другой голос полный отчаянной сосредоточенности произнес: Ведь, разумеется, никакого пароля у них не было, да и быть не могло.

Хитрый взломщик лукаво улыбнулся своему командиру - Угадал, командир! Как ты это сделал? Ребятам с корвета не ведомы тонкости внутренней политики империи в отношении крупных корпораций. Пусть это объекты даже оборонного значения, сами видели, как их охраняют. Следовательно, применяется другая система, намного проще или примитивней. Раз в месяц пароли для этой системы меняют, централизованно. Кроме этого, криптографы заложили ключ, для наших вояк, дабы вскрыть любой сигнал и, обработав, заставить представить, что получен правильный ответ, вдруг пароль старый или еще какой случай Тут же мощный крик Слуя: Мое чутье, подсказывает, что надо сваливать.

Мой босс профинансировал этот налет полностью, выполнив почти все ваши дурацкие условия. Капитан пиратского звездолета бросил лишь мимолетный взгляд на верного Слуя. И перевел его на говорившего: Ваш босс, гарантировал, что на расстоянии двенадцати часов от планеты в момент начала операции не будет ни одного военного патруля. Это выполнено не. Ваш хваленый антипеленг не сработал в самый ответственный момент.

Так что, тревога на Тарту прозвучала на шесть часов раньше запланированного. Этого вам достаточно или вы будете упорствовать в своем весьма опасном желании угробить весь звездолет? Более тяжких оскорблений в собственной рубке капитану не приходилось выслушивать еще. Первый раз меня спасла случайность. Второй раз спас Слуй, организовав мой побег из федеральной тюрьмы в день оглашения смертного приговора. Я не фаталист Эг, и не желаю третий раз испытывать свою удачу. И еще советую засунуть свой язык глубоко себе в жопу и помолчать.

Anid. Под знаком императорского дома

В пультовой воцарилась тишина. Старый капитан знал, чем пронять своих головорезов. Ведь за глаза старого капитана называли счастливчиком. Он умел вовремя соскользнуть с крючка. За него говорила его репутация. Еще никому, кроме него, не удавалось пережить две встречи с имперской эскадрой возмездия. Там внизу тысяч тридцать глупых черепов, из которых мне нужно всего. Это стоит два миллиона полновесных имперских лат. Больше половины экипажа были обычными наемниками, не отличавшиеся умом и грамотностью.

Таким сборищем подонков и негодяев легко управлять, играя на алчности и похоти. И сейчас это могло обернуться против мудрого, битого жизнью пирата. А если учитывать, что набором части экипажа занимался Эг и его прихвостни, то, как минимум половина экипажа теперь не внушала доверия старому пирату.

Абордажная команда, целиком состоящая из старой гвардии, во главе с верным Даком, была целиком десантирована на планету. Его телохранители, особо не таясь, обнажили свой внушительный арсенал. Тут же в рубке управления воцарилась по-настоящему мертвая тишина.

Достаточно было малейшего намека, и немедленно в отсеке вспыхнула бы настоящая бойня. Медленно, мелкими шашками толпа пиратов разделилась на два неравных лагеря.

Стало очевидно, что в рубке сейчас сторонников у Эга было не в пример больше, чем у капитана. Эг не очень-то доверял старому волку или заранее готовился обмануть его при окончательном расчете.

Хотя на него уже было направлено оружие телохранителей. А горсть его верных людей держали под прицелом Эга. Словно по команде те достали свои импульсники, игольники и прочие смертоносные игрушки. Вдруг нарастающее напряжение разорвал один единственный выстрел.

Тяжелая пуля, извергнутая старинным и очень мощным пороховым пистолетом, разнесла голову Эга, как гнилую тыкву удар молодецкого сапога. Через мгновения вся рубка была полна вооруженных сторонников капитана. Только в отличие от находившихся здесь, они были облачены в боевую броню экзоскелетов и держали в руках стандартное вооружение космодесанта. Они легко разоружили застывших столбняком телохранителей убитого, попутно мощными затрещинами успокоив всех прочих. Связанных бунтовщиков начали выводили по одному, и вскоре в рубке остались только проверенные члены экипажа.

Бунт занял от силы минут. Но за это время корвет перестроившись под правый борт, где крейсер получил наиболее чувствительные пробоины, медленно дрейфовал, временами сам пуская пар, что свидетельствовало о серьезных повреждениях.

Может они наполучали так, что мы их свалим. Что у вас там происходит? Возьми парочку ребят потолковее и оживите станции дальнобольной связи. В прямом эфире попросите помощь. Григ задал свой вопрос, полулежа, в своем кресле, держась за пораженную руку. При очередном попадании, пробившим защиту, сработали системы аварийного жизнеобеспечения и безжалостным потоком высокотемпературной пены, затягивающей дыры, Григу сожгло весь левый бок. Корабельный автоматический хирург смог спасти человека, пожертвовав рукой, до локтя.

Болеутоляющих на всех раненых не хватало, и кололи только необходимый минимум. Наши двигатели способны только еще на дюжину рывков. Почти все отсеки разгерметизированы. Из всех орудий может стрелять только наш главный калибр. Силовое поле держится только на трех импульсных чашках. И последнее, защита силового реактора на последнем издыхании. Как только защита реактора падала до 5 процентов, происходил мини-бум.

После чего от корабля оставалось только кучка разлетающихся во все стороны атомов. Но тот лишь покачал головой. Тянем время и плюхаемся возле арсенала. Его поле прикроет. Отвалили бы под защиту арсенала, и не отсвечивали. Хорошо, что мы им прилично накостыляли.

Все последствия мятежа были ликвидированы полностью: Тот молча показал пальцем. Дак только что подтвердил мои подозрения. Ровно через 60 минут я увожу крейсер. Хуже эскадры возмездия может быть только две эскадры возмездия. Спустя десять минут из огромной туши крейсера вывалились три хищных силуэта боевых перехватчиков. Это были не медлительные транспортники и даже не шустрые десантные катера.

Корвет ждала напасть похуже. Их бросали в бой, когда требовалось растерзать подбитый звездолет, окончательно превратив его в одну большую братскую могилу. Трудно описать степень бешенства старого пирата, раз он решил рискнуть своими самыми ценными катерами. Стравливай весь воздух из отсеков.

Удар декомпрессии был ощутим, даже здесь в самом защищенном отсеке корвета. Слаженно, три хищных силуэта бросились в атаку. Залп, один, второй, третий. Корвет содрогался, лишенный защиты, он наполучал уже столько, что теперь действительно представлял собой груду металлолома вкупе с тлеющим пластиком. Перехватчики веером развернулись над истрезанном корветом и юркнули в разные стороны. Именно этого момента и ждал Андрей.

Где стала легкой добычей ракет арсенала. Но на этом чудеса и закончились. Теперь звездолет окончательно превратился в настоящую братскую могилу, где шанс выжить зависел только от прочности защиты силового реактора.

И от бесчисленных попаданий почти весь экипаж валялся в отключке. Окончательно потеряв ход, звездолет медленно падал, притягиваемый тяготением планеты. Ждать больше было нечего. На всех боевых постах арсенала царила особенная тишина. Матерые профи до сих пор находились под впечатлением последних минут боя корвета с крейсером. Чуть позже, глядя на экран монитора, где мощные периферийные рабочие станции арсенала реконструировали последние мгновения жизни корвета, Элиот тихо позвал: Если прикажете, мы можем помочь!

Остатки корвета выдержат свободное падение, но им не пережить посадку. Надо поиграть полями щита и смягчить удар. Он специалист по защитным полям.

И только Элиот, он был неподалеку, знал, каких сил требовалось маленькой госпоже, чтобы не заплакать. Тахо, плотно окаменев лицом, уткнулся в свои приборы. Элиот даже не сомневался, что сейчас этот, еще мальчик, ведь Тахо было неполных двадцать лет, выжмет из щита все что можно, дабы спасти обломки корвета. Внезапно мощный гул, затем вибрация и тугой удар стартовавшей ракеты напомнил всем, что сражение продолжается.

Очевидно, желание добить ненавистный корвет было столь велико, что пират, пользуясь своим преимуществом в вооружении, выплюнул мощные самонаводящиеся ракеты. Тахо уже перекроил защитное поле в узкий луч и успел-таки накрыть им несчастный корвет. А ракетная батарея арсенала перешла на частые залпы. Крейсер вновь лениво отдрейфовал к границе действия ракет арсенала и замер, приготовившись принимать свой десант.

Спустя сорок минут огромная туша крейсера, вобрав в себя все десантные катера, спешно набирала максимальный ход, удаляясь с экранов локаторов, где уже обозначились слабые контуры стремительных ударных перехватчиков, маленьких и быстроходных звездолетов имперского космического флота.

То шла эскадра возмездия! Последнее воспоминание почему-то было связано с вечером выпуска. Судьба посмеялась над. Самый талантливый, станет самым первым погибшим из их курса. А воспоминания продолжали нестись галопом. Две сестрицы-лейтенанта из навигационного факультета. Глупые шутки, море алкоголя, скоротечный минет на двоих ненасытных сестриц, в темном закутке под парадной лестницей академии, а затем настоящая оргия у них дома. И оргазм как термоядерный взрыв воплоти. Нестерпимый жар и невыносимые перегрузки.

Сюда же почему-то примешался надсадный вой аварийных сирен, головная боль и наконец, забвение, полное и окончательное Из шестидесяти шести членов экипажа в относительном порядке только семнадцать. Для остальных выживших прогнозы малоутешительны. Элиот, почему, я должна тащить из тебя все клещами?

Флот не заинтересован спасти выживших с корвета любой ценой. Так как все равно у середнячков-звездолетов ресурс только на один бой. Закрытая каста, куда не просто попасть даже своему. Нужно быть не просто выходцем узкого круга избранных, нужно быть талантливым. Империя вот уже тридцать лет как не ведет крупномасштабных войн. А справится с дикими поселениями хватает пограничных эскадр возмездия. У нее просто нет пока достойных противников. Зиты охвачены гражданской войной.

Империя просто перемолотит их флот, не считаясь с потерями. Смерть Эмира неизбежна, там готовятся делить власть. Приплюсуй сюда религиозные волнения. Остальные государства слишком далеко от нас, что бы вести серьезные захватнические войны. Но она руководствуется интересами крупных корпораций, а их политику предсказать очень легко.

Золотые локоны волнами рассыпались по ее плечам. Ваш отец лично вылетел за вами. Возможны осложнения с военной контрразведкой, так что он немного спешит. Жаль только отдых сорвался. Гарантии на трехмесячное бесплатное проживание в люкс номерах, на. Хотя сюда мы теперь вряд ли вернемся. Элиот теперь еще одна просьба.

Нужно выяснить, кто в этом госпитале Прищурившись, девушка недоверчиво посмотрела на своего телохранителя. Они спасли почти тридцать тысяч человек, многие из которых, обладают значительным влиянием в этом мире.

Агеев Алексей - 3 книг

Жизни военных космолетчиков вне опасности. Попробовав чуть повернуть голову, он убедился, что не может сделать и. А мысли упрямо возвращались в сновидения. Сон был слишком реалистичен. И теперь мучительно разглядывая белоснежный потолок своей больничной палаты, он гадал, привиделся ли ему спор загадочной юной красавицы и не менее загадочного спутника, то ли телохранителя, то ли няньки.

И потом, в конце концов, где он, и что с. Ответ на второй вопрос пришел неожиданно. Это Андрей знал точно, в век полной автоматизированности военных госпиталей и клиник. Врач явился подозрительно. Для военного госпиталя даже слишком. Чуть скосив взгляд, Андрей увидел врача и понял - это может быть чем угодно, только не военным госпиталем.

Врач - симпатичная блондинка лет тридцати, в смелой гражданской одежде, откровенно провоцирующей на разные развратные мысли. И разумеется традиционный белый халат. Андрей вдруг осознал, что он сейчас дико хочет эту женщину. Вид глубокого декольте, явственно проступившие соски грудей, сквозь тонкую ткань блузы так возбудили юношу, что на одеяле в том самом месте подозрительно образовалась складка. Врач, бросив лишь мельком взгляд на злополучную складку, мягко и очень приятно улыбнулась: Меня зовут Катерина, я ваш личный лечащий врач.

Вам еще рано так напрягаться. Вы находитесь в частной клинике по реабилитации тяжелых травм на Цирусе. После печальных событий на Тарту, группа влиятельных бизнесменов, политиков и прочих спасенных, организовала независимый фонд помощи участникам тех событий.

На эти деньги и организованно ваше лечение. К сожалению, сейчас вам пока предписано ограничиться этой информацией. Думаю, к концу этого месяца вы будете отключены от роботизированного комплекса общефизической реабилитации, а к лету сможете продолжить службу на флоте.

Дальнейшие расспросы лишь дополнили картину. Андрей пролежал в госпитале полтора месяца, подключенный к мощнейшему медицинскому роботу. Только один день работы этой чудо-техники стоил годовое жалование боевого офицера-космолетчика.

За это время ему было сделаны восемнадцать операций высшей категории сложности, доверить которые обычным штатным автоматам-хирургам было. Она постоянно поглядывала на маленький сверток, лежащий на стуле рядом, и улыбалась, видя закрытые глазки, изогнутый ротик, щечки как у бурундука и пухленькие кулачки. Восемь месяцев от роду, и растет не по дням, а по часам.

Девочка уже ползала, забавно покачиваясь из стороны в сторону. Вскоре она уже начнет ходить. Лу-Энн огляделась по сторонам, и ее улыбка погасла. Лизе потребуется совсем немного времени, чтобы освоить просторы фургона.

Внутри, несмотря на прилежные старания Лу-Энн поддерживать чистоту, он очень напоминал то, что было снаружи, в основном благодаря темпераментным вспышкам мужчины, в настоящий момент лежавшего распростертым на кровати.

Дуэйн Харви пошевелился два или три раза с тех пор, как в четыре часа утра завалился в дом, сбросил с себя одежду и забрался в кровать, однако в остальном он оставался неподвижным.

Лу-Энн с нежностью вспомнила, как однажды на заре их отношений Дуэйн вернулся вечером трезвый: В карих глазах Лу-Энн на какое-то неуловимое мгновение блеснули слезы. У нее не было времени на слезы, особенно на свои собственные. По ее подсчетам, в свои двадцать лет она выплакала их уже столько, что должно было хватить до конца дней. Лу-Энн снова повернулась к зеркалу. Одной рукой играя с крошечным кулачком Лизы, другой она вытащила все заколки, затем тряхнула головой, позволяя локонам естественным образом упасть на высокий лоб.

Такую прическу Лу-Энн носила в школе, по крайней мере до окончания седьмого класса, после чего присоединилась к своим подругам, которые бросили учебу и принялись искать в своем бедном сельском округе работу и сопутствующую ей зарплату. Но у Лу-Энн не было особого выбора. Половина заработанных ею денег уходила на помощь ее хронически безработным родителям.

С опаской следя за Дуэйном, Лу-Энн сняла с себя свое поношенное платье, открывая обнаженное тело. Не увидев со стороны мужчины никаких признаков жизни, она поспешно натянула нижнее белье. В юности ее распускающаяся фигура открыла глаза многим соседским мальчишкам, ускорив их взросление.

Лу-Энн Тайлер, будущая кинозвезда-супермодель. Многие жители округа Рикерсвилл, штат Джорджия, всерьез задумывались о Лу-Энн и награждали ее этим титулом, обремененным самыми высокими ожиданиями. Красота, которой наградила Лу-Энн природа, непременно принесет ей грандиозный успех. Все местные, не надеясь добиться чего-либо сами, мечтали, что счастье улыбнется. Но она до сих пор оставалась здесь, в том самом округе, где прожила всю свою жизнь.

Несмотря на то что Лу-Энн только-только рассталась с юностью, ее уже считали полной неудачницей, и это притом, что у нее до сих пор так и не было возможности реализовать хоть какие-то свои планы.

Она понимала, что жители городка несказанно удивились бы, узнав, что в ее честолюбивых замыслах не значится лежать голой рядом с очередной голливудской знаменитостью или расхаживать по подиуму в последнем творении всемирно известного модельера.

И все же, надевая лифчик, Лу-Энн рассеянно отметила, что носить модные вещи и получать за это десять тысяч долларов в день не так уж и плохо. Отец нередко высказывался о ее теле. Скудный умишко, потрясающее тело. Слава богу, дальше слов отец никогда не заходил. Порой Лу-Энн ночами гадала, а что, если отец хочет ее, но ему просто недостает решимости или возможности.

Иногда он так смотрел на. Изредка Лу-Энн отваживалась погрузиться в самые потаенные глубины подсознания, и тогда она чувствовала, подобно внезапному болезненному уколу иглы, разрозненные обрывки воспоминаний, заставлявшие ее задуматься, что возможность эта на самом деле.

После чего неизменно зябко ежилась и говорила себе, что думать подобные мерзости о мертвом плохо. Лу-Энн изучила содержимое маленького шкафа. На самом деле у нее было одно-единственное платье, подходящее для данной встречи.

С коротким рукавом, темно-синее с белой отделкой по воротнику и подолу. Она вспомнила тот день, когда его купила. Зарплата, целиком выброшенная на ветер. Целых шестьдесят пять долларов! Это случилось два года назад, и с тех пор Лу-Энн больше ни разу не повторяла подобную безумную глупость; больше того, это было последнее купленное ею платье.

С тех пор оно немного обносилось, но Лу-Энн отлично поработала иголкой. Нитка искусственного жемчуга — подарок на день рожденья от бывшего воздыхателя — обвила ее длинную шею. Лу-Энн засиделась допоздна, старательно закрашивая растрескавшуюся кожу своих единственных туфель. Туфли были темно-коричневые и не шли к платью, однако других у нее все равно не.

Шлепанцы и кроссовки, два оставшихся варианта, сегодня не подойдут, хотя для того, чтобы идти пешком целую милю до автобусной остановки, Лу-Энн предпочла бы кроссовки. Сегодняшний день может стать началом чего-то нового или по крайней мере другого. Быть может, это куда-нибудь приведет — все равно. Возможно, их с Лизой унесет туда, где нет дуэйнов и иже с. Глубоко вздохнув, Лу-Энн расстегнула молнию внутреннего кармашка сумочки и аккуратно развернула листок бумаги.

Она записала адрес и прочую информацию, полученную по телефону от мужчины, представившегося мистером Джексоном. Лу-Энн не собиралась отвечать на звонок, проработав смену с полуночи до семи утра официанткой в придорожном кафе.

Когда телефон зазвонил, веки ее были словно наглухо запаяны; она сидела на полу на кухне и кормила грудью Лизу. У малышки уже прорезались первые зубки, и потому соски у Лу-Энн горели огнем, но детская смесь слишком дорога, а молоко закончилось. Сначала у Лу-Энн не было никакого желания отвечать на звонок.

Работа в кафе на оживленной стоянке у съезда с автострады отнимала все ее время. Лиза сидела в колыбели, надежно спрятанная под стойку.

К счастью, девочка уже умела сама держать бутылочку, а управляющий кафе относился к Лу-Энн с симпатией, поэтому закрывал глаза на подобные вещи. Телефонные звонки были большой редкостью. Звонили по большей части Дуэйну его дружки, чтобы пригласить его выпить или разобрать на детали разбитую в аварии машину. Нет, так рано приятели Дуэйна звонить не.

Семь утра — они уже три часа как отсыпаются после очередной попойки. После третьего звонка рука Лу-Энн сама собой потянулась к телефону и сняла трубку. Мужской голос был профессиональным и четким. Казалось, незнакомец читает по бумажке, и затуманенный сном мозг Лу-Энн рассудил, что он пытается что-то продать.

Это, должно быть, шутка! У нее нет ни кредитных карточек, ни дорожных чеков, просто немного наличных в пластиковом пакете внутри корзины с грязными подгузниками. Это было единственное место, где Дуэйн ни за что не стал бы искать. Наверное, мистер, вы просто хотите мне что-то продать. Ну, я придумаю прямо. У меня все есть, по крайней мере в мечтах.

Но незнакомец назвал ее по имени и фамилии. А затем упомянул про работу. Он ничего не продавал. На самом деле он предлагал трудоустройство.

Но у нее уже есть работа, сказала Лу-Энн. Незнакомец поинтересовался, сколько ей платят. Сначала она не хотела отвечать, но затем, открыв глаза и взглянув на Лизу, блаженно сосущую грудь, выложила все начистоту. Почему — она сама не могла сказать. Впоследствии Лу-Энн решила, что она наперед предчувствовала то, что произойдет.

А дальше незнакомец заговорил про деньги. Сто долларов в день в течение гарантированных двух недель. Лу-Энн быстро сосчитала в уме. Итого, одна тысяча долларов — и очень реальная перспектива дальнейшей работы по таким же расценкам.

При этом неполный рабочий день. Мужчина сказал, максимум четыре часа. Это никак не скажется на ее работе в придорожном кафе. Получается, двадцать пять долларов в час. Никто из знакомых Лу-Энн никогда не зарабатывал столько. Подумать только, за целый год это будет двадцать пять тысяч долларов! И это только за полдня, то есть на самом деле ставки будут пятьдесят тысяч долларов в год. Такие огромные деньжищи получают врачи, юристы и кинозвезды, а не бросившая школу женщина с ребенком, живущая в безнадежных тисках нищеты с каким-то типом по имени Дуэйн… И словно в ответ на ее не высказанные вслух мысли, тот зашевелился и посмотрел на нее налитыми кровью глазами.

Голос Дуэйна был наполнен растянутыми гласными здешних мест. Лу-Энн показалось, что эти самые слова, произнесенные этим самым голосом, она слышит от самых разных мужчин всю свою жизнь. Вместо ответа она быстро схватила со стола пустую банку из-под пива и жеманно улыбнулась, озорно изгибая брови. Ее полные губы соблазнительно обсосали каждый слог.

Это возымело желаемое действие. При виде своего алюминиево-солодового божества Дуэйн застонал и повалился обратно в объятия грядущего похмелья. Несмотря на частые попойки, он так и не научился переваривать спиртное. Меньше чем через минуту Дуэйн уже снова крепко спал. Игривая улыбка быстро погасла; Лу-Энн снова перечитала записку.

Работа, по словам неизвестного, заключалась в том, что ей предстоит пробовать новую продукцию, прослушивать рекламные объявления, высказывать свое мнение. Все постоянно этим занимаются. Это связано с расценками на рекламу и тому подобное. На самом деле это слишком хорошо, чтобы быть правдой. После звонка эта мысль уже неоднократно приходила в голову Лу-Энн. Она совсем не такая тупая, как думал ее отец.

Больше того, за ее привлекательной внешностью скрывался гораздо более сильный интеллект, чем мог предположить покойный Бенни Тайлер, и к нему добавлялась проницательность, вот уже несколько лет позволявшая ей жить, полагаясь лишь на саму. Однако лишь изредка люди заглядывали дальше внешности.

Лу-Энн частенько грезила о жизни, в которой ее сиськи и попка не будут первым, последним и единственным, что в ней замечают и о чем говорят. Молодая женщина посмотрела на свою дочь.

Девочка проснулась; ее взгляд метался по всей комнате и наконец радостно остановился на лице матери. В конце концов, разве что-нибудь может быть хуже, чем их нынешнее жалкое прозябание? Как правило, ей удавалось продержаться на одном месте пару месяцев если повезет, полгодапосле чего ей давали расчет, с обещанием снова взять на работу, как только дела пойдут лучше, чего никогда не происходило. Без аттестата о среднем образовании она сразу же попадала в категорию тупиц.

А из-за того, что она уже столько времени жила с Дуэйном, Лу-Энн уже давно решила, что заслуживает это клеймо. И все же Лу-Энн, выросшая в далеко не самой счастливой и заботливой семье, была твердо убеждена в том, что прочная семья играет важную роль в благополучии ребенка.

Она прочитала все журналы и просмотрела кучу телевизионных передач на эту тему. В Рикерсвилле Лу-Энн по большей части оказывалась чуть выше планки на получение пособия по безработице; на каждое даже самое плохое место приходилось минимум по двадцать соискателей.

Но, имея тысячу долларов, возможно, она сможет добиться чего-нибудь и для себя самой. Эти деньги станут ее билетом в лучшую жизнь. На них можно будет жить до тех пор, пока она не найдет приличную работу; они станут той суммой, отложенной на черный день, в которой Лу-Энн так отчаянно нуждалась все эти годы, но которую так и не могла накопить.

Этому фургону суждено стать для Дуэйна склепом. Он никогда не сможет подняться выше того, что есть у него сейчас, а возможно, опустится еще гораздо ниже, прежде чем земля поглотит .